Геллерт Гриндевальд сжигает Хогвартс и подчиняет представителей Министерства, а Ньютон Скамандер отправлен в Азкабан по обвинению в его злодеяниях. Пока Хогвартс не восстановлен, студенты отправлены в иностранные школы, а их родители оказываются втянуты в постепенно набирающую обороты Революцию.
ОБЪЯВЛЕНИЯ
АМС подготовили расстрельный список. В очереди на снятие с роли следующие игроки: Alice Hamilton, Diura Caragiale, Euphemia Stymphaliti, Newton Scamander
04/12/2017
Dragomir Krum Hans Gotthart Araminta Burke Aberforth Dumbledore
Administration
Gellert Grindewald Albus Dumbledor Lucretia Carrow Richard Fromm

Fantastic Beasts: Sturm und Drang

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fantastic Beasts: Sturm und Drang » Настоящее » Ужин отдай врагу


Ужин отдай врагу

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

~   УЖИН ОТДАЙ ВРАГУ   ~

Джейн Нортон ~ Геллерт Гриндевальд ~ Кассандра Ваблатски

Альфред Эйвери и Араминта Мелифлуа фоном в виде нпц

1 сентября 1927 ♦ лондонский особняк Альфреда Эйвери

Тихий ужин в доме лорда Альфреда Эйвери - сторонника Гриндевальда, на котором присутствуют Араминта Мелифлуа - юная аристократка и сотрудница Министерства Магии, желающая сблизиться с Геллертом Гриндевальдом, а также её вновь обретённая сестра-сквиб Джейн Нортон (урождённая Аурелия Бёрк), которая прожила всю жизнь среди магглов и знает о них всё.

+2

2

Тонкие пальцы, облаченные в белую лайковую ткань, в любой момент готовы сорваться в ломаный танец нервного тремора. Но все же невероятное усилие воли сковывает нервную дрожь, оставляя руки не подвижными. Ничего не должно выдавать волнение истинного аристократа. Даже если у него и правда есть повод переживать.
Кассандра чувствует кожей волны беспокойства, зарождающиеся вокруг хозяина вечера Лорда Эйвери, который никак не может перестать терзать себя бесплотными сомнениями.
- Прекрати себя мучить, - холодно просит Кассандра, в какой-то момент устав наблюдать за балансирующим на грани нервного приступа Альфредом.
- А что если... - слишком резко парирует тот, но осекается на полуслове. Потомственный чистокровный маг никогда не высказывает свои сомнения вслух, он лишь сухо бросает: - Тебе не понять.
- От меня это и не требуется, - губы складываются в подобие усмешки. - У меня есть старший брат и два племянника мужского пола, этого достаточно для уверенности в том, что династические вопросы решаться без моего участия.
После этих слов мог бы прозвучать шепот "Хорошо тебе", вот только Лорд Эйвери был слишком аристократ для подобных мелочных проявлений малодушие. Даже сегодня, в день ритуала.
Ритуал. Это то, ради чего в роду Эйвери проводились сотни подобных вечеров. Веками. Истоки этой традиции относились примерно к временам Мерлина, когда один из тогда здравствовавших предков древнего и почтенного рода задумался о проверки наследника на истинность. Что послужило поводом для таких сомнений? Фамильные хроники Эйвери тактично умалчивают, заставляя потомков рода довольствоваться лишь сухими фактами, как почтенный предок велел посадить во дворе поместья кедр, а затем зачаровал дерево так, чтобы в тот момент, когда к нему впервые прикасался истинный наследник рода, на коре оставался отпечаток ладони. Если же зачарованное дерево не чувствовало в прикасающемся к нему достаточно фамильной крови или недостаточно сил для статуса наследника, никаких следов на дереве не оставалась, наоборот, кора обжигала руку коснувшегося. С тех пор веками всех младенцев мужского пола, претендующих на фамилию Эйвери, подносили к фамильному кедру и заставляли прикоснуться, и смерть грозила подкидышам, чьего отпечатка не оставалось на дереве. Этот ритуал и предстояло совершить нынешним вечером младенцу Эйвери. И именно по этому поводу терзался сомнениями Эйвери-старший.
И он был живым, а не мраморным и потому вновь прозвучало:
- А что если...
- Не будет "если", сам ритуал пройдет безукоризненно, - категорично пресекла сомнения Кассандра.
- Ты полагаешь? - желание, чтобы успокоили, пробивается из-под лоска светскости тона, как сорная трава сквозь каменную тропу.
- Я просто знаю.
- Ты говоришь искренне?
- Я никогда никому не лгу, когда предсказываю.
- Да, ты лишь иногда говоришь не все.
- И все же, ритуал пройдет безукоризненно, - холодно поставила точку Кассандра.
Даже если в душе Альфреда Эйвери и остались тлеть сомнения, их было явно не достаточно, чтобы спорить с пророком о будущем. Пусть даже этот пророк и был живым олицетворение того, что отношения в семействе Эйвери далеки от идеальных. Настолько далеки, что, не приходящаяся никому из присутствующих магов родственницей, Кассандра красовалась рядом с хозяином дома, пользуясь персональным приглашением, в то время как настоящая миссис Эйвери не спешила спуститься в парадную залу и уделить внимание гостям.
Альфреду Эйвери приходилось изображать радушие за двоих:
- Приятно видеть вас, - поприветствовал он кого-то из вновь прибывшей родни.

Отредактировано Cassandra Vablatsky (2017-07-03 22:28:55)

+2

3

Приглушённый свет богатых гостиных, где стены обиты тканой золотом парчой, а люстры из чистейшего хрусталя, шёпот собравшихся, перерастающий в тихий гул по мере наполнения гостиной, все эти полунамёки, жесты, взгляды, недомолвки - во всём этом Кассандра всегда была как рыба в воде.
Геллерт время от времени бросал короткие взгляды на Кассандру и Альфреда, ловя обрывки их беседы. Сам он занял место около камина, имея возможность при необходимости отвернуться от входящих. Вызвано это было единственно нежеланием размениваться на беседы о всякой ерунде (ох уж эта любовь британцев к пустой, по мнению немца, болтовне). Сегодня в гостиной лорда Эйвери не могло быть случайных гостей и Геллерт не прятал своего лица. Словно противопоставляя себя британским волшебникам, он не надел мантии, поверх рубашки - только пиджак, похожий на френч, с высоким воротником, застёгнутым на все пуговицы.
Неоспоримым преимуществом оставаться у камина, пока все гости не будут в сборе, была возможность выкурить сигарету, нагло стряхивая пепел прямо в горящий камин - не прибегая к тому, чтобы достать волшебную палочку или подзывать домовика. Гриндевальд выкурил одну сигарету и достав серебряный портсигар уже подумывал не взяться ли за вторую, но сделал шаг в сторону беседующих. Жестом он показал на портсигар, приглашая и Альфреда и Кассандру угоститься его содержимым.
- Где же ваша супруга, лорд Эйвери? - спросил Геллерт. - Не заметил её здесь. Хотел поздравить вас обоих с рождением сына, пока все не собрались.
Его всегда забавляла эта традиция называть чистокровных волшебников магловским титулом - лорд. Слава Асгарду, в Германии нет лордов. Называть лордом какого-нибудь богатого ублюдка, вроде владельца строительной компании Геммингена, Геллерт бы никогда не смог, лучше откусить свой язык.
- Ей немного нездоровится, она решила пока остаться наверху с ребёнком, - уклончиво ответил Эйвери.

+2

4

Эльф-домовик принял верхние мантии из их рук, и сестра тут же заодно всучила тому конверты:
– Наши приглашения – Араминта и Аурелия Бёрк. И письмо от нашего дяди – к сожалению, из-за крайне важной поездки на континент он никак не сможет присутствовать. Передай это лорду Эйвери, – велела она.
– Слушаюсь, мэм, – пропищал домовик, и, схватив Джейн за локоть, Араминта потащила ее в гостиную, где собралось большинство гостей.
– Почему мне тоже нельзя было отделаться письмом? – заныла Джейн. – Мне здесь не нравится. Готова поклясться, всем наплевать, приходила я или нет.
– Тише! Это будет совсем неприлично, – прошипела Араминта той на ухо. – Лорд Эйвери и его семья – наши родственники. Мы должны быть здесь.
Джейн закатила глаза и отвернулась, ее взгляд рассеянно блуждал по проплывающим мимо лицам. За ней не имелось привычки ненавидеть светские рауты, но и в восторге обычно от них она не бывала. Порой можно было встретить интересную личность, но чаще всего приходилось скучать целый вечер. Единственное, что обычно его скрашивало – возможность улизнуть и побродить по дому. Ей всегда было любопытно пошариться в библиотеке или сунуть нос в спальню. Увы, не в этот раз – это дом волшебника, и скелеты в семейном шкафу могли оказаться совсем не метафорой.
Когда Араминта перекинулась парой дежурных слов с каким-то знакомым и двинулась дальше, твердо намереваясь прорваться сквозь толпу к хозяину дома, Джейн кое-что вспомнила.
– Эй, ты так и не рассказала мне, что они собираются делать с ребенком.
– Я говорила. Ритуал родовой магии.
– Но ты не сказала, что именно. Надеюсь, это не циркумцизия?
Араминта бросила на нее удивленный взгляд:
– Что?
– Еврейская традиция, – охотно пояснила Джейн. – Мне довелось как-то побывать в гостях, не помню уж, как их звали – в общем, эта семья жила в Йорке неподалеку и пригласила отца, а он взял нас с собой. Короче, их папаша не выдержал и свалился в обморок прямо перед гостями…
– Но что они делают?
– Ну, берут нож и...
– Я не понимаю, о чем ты, – нахмурившись, Араминта поймала взгляд какой-то дамы, которая уже с минуту неодобрительно косилась в их сторону, и, догадавшись, что речь идет о чем-то не очень приличном, поспешила свернуть тему. Джейн почему-то стало смешно.
– Смотри! Вон дядя Альфред, – сказала она и, снова вцепившись Джейн в локоть, поспешила тому навстречу, но тут же застыла на месте, побледнев так, что все ее веснушки проступили на лице яркими пятнами.
– В чем дело? – спросила Джейн.
– О, быть не может! Я знаю, кто они, – пробормотала Араминта, кивнув головой в сторону лорда Эйвери. Вздернув брови, Джейн посмотрела и пожала плечами. Араминта, занервничав, оттащила ту к стенке и наклонилась к ней – Джейн хорошо было знакомо это выражение на ее лице. Обычно оно означало, что грядет очередная неуклюжая проповедь.
– Это же Кассандра Ваблатски, известная прорицательница. И Геллерт Гриндевальд! Я не знала, что дядя Альфред их пригласил!
– О, – только и могла сказать Джейн. Кто такой мистер Гриндевальд, конечно, она уже успела узнать, но никогда не представляла за именем живого человека. Рой рассказов и слухов, бродящих по волшебному миру, превращал того в полумифическую фигуру. По крайней мере, Джейн уж точно не могла бы вообразить одного из самых известных и могущественных волшебников своего времени по соседству рядом с ней за столом. С ума сойти можно!
– Ну так пошли, чего трусишь? – сказала Джейн. – Хочешь, я заговорю с ними первая?
Араминта была из той породы людей, у которых в черепной коробке вместо мозгов настоящие счеты и гора энциклопедий. При этом же подобные типы не могут продать даже воду умирающему от жажды в летний солнечный день. Иными словами, оратора и политикана из той не выйдет. Однако сестра считала иначе и (как-то Джейн невольно подслушала ее в ванной комнате) явно потратила прорву времени, убеждая в этом себя перед зеркалом. К несчастью, в такие моменты, как этот, напускная самоуверенность покидала ее, как ветреная муза – художника.
– Нет, не вздумай! – у Араминты от напряжения аж вспотел лоб. – Тебе вообще лучше не подходить к ним, ты все испортишь. Иди лучше обратно в тот зал и попроси у домовиков пирожное, я не знаю, или еще что-нибудь…
– Что это значит – не подходить? Я тоже хочу познакомиться с ними! Не каждый день встречаешь известных людей.
– Не неси чушь, ты даже не знаешь толком, кто они.
– Все я знаю, – отрезала Джейн. На самом деле до настоящего времени она понятия не имела, кто такая Кассандра Ваблатски. Издалека ей понравилась эта элегантная, холодная женщина с умным взглядом, хоть сама она, конечно, не верила в предсказания, судьбу и прочую ерунду.
– Пошли, – велела Джейн, но Араминта не сдвинулась с места.
– Я боюсь, – наконец призналась она.
– Ну и стой здесь весь вечер, – бросила Джейн и уверенно приблизилась к лорду Эйвери и его компании.
В действительности она прекрасно знала, как и с кем следует себя вести, и великолепно умела притворяться кем захочешь. Просто обычно ей было лень. К тому же быть собой настоящей куда веселее.
– Здравствуйте, сэр, – учтиво поприветствовала она лорда Эйвери, который, несмотря на знаменательный вечер, явно был очень невесел. – Возможно, вы меня не помните – я Аурелия Бёрк, – при этих словах она мысленно выругалась. Она терпеть не могла это дурацкое имя, но представляться маггловским именем  “Джейн” было бы здесь неуместно. – К сожалению, мистер Бёрк, мой дядя, прийти не смог – домовик передаст вам его письмо, а моя сестра Араминта бродит где-то здесь, – проговорила она и замолкла в ожидании ответа и представления знаменитым гостям.

Отредактировано Jane Norton (2017-09-08 21:08:12)

+2

5

Как хорошо воспитанный аристократ Альфред Эйвери попытался изобразить светскую улыбку, вот только результат больше напоминал судорогу мимических мышц. Истерзанным беспокойством о ритуале нервам было слишком тяжело выдержать шпильку-вопрос про супругу. Только здравый смысл и четкое понимание того, что с магами уровня Гриндельвальда не пререкаются, особенно по мелочам, помогли Альфреду подавиться собственными эмоциями и выдать максимально вежливый и уклончивый ответ. Но испытания на этом не закончились. Лорд Эйвери не успел сделать даже шага в сторону душевного равновесия, как к нему подскочила с приветствием племянница. И именно та самая племянница, о существовании которой он успел забыть и без особо желания вспоминал. Манер и силы воли аристократа оказалось слишком мало, чтобы Лорд Эйвери смог выдавить из себя вежливое приветствие, сил не хватило даже на кивок. В воздухе повисла драматическая пауза, в которой слишком впечатлительным могло почудиться зарождение скандала.
Кассандра никогда не была впечатлительной, а уж тем более не относила себя к тем, кому чудится, а потому она была уверена, скандала не будет. Не тот день. Лорд Эйвери найдет в себе силы выдавить из себя улыбку и подобающие случаю фразы. Но это будет через несколько минут. И эти минуты можно было потратить на что-то более интересное, чем светская беседа.
- Добрый вечер, мисс Бэрк, - вместо хозяина дома поприветствовала гостью Кассандра и вцепилась в руку девушки ледяными пальцами, изображая рукопожатие. Новые лица всегда развлекали Ваблатски, потому что они приносили с собой нитки судеб, в которых можно было увидеть новые узоры судеб. Иногда это было забавно.
- Кстати, Геллерт, очень рекомендую обратить внимание на юную фройляйн. Представляешь, за пару  лет с ней под одной крышей ее сестра дойдет до того, что публично и открыто будет требовать от местного Министерства разрешить травлю магглов, - идеально светским тоном, каким обычно говорят о погоде, сообщила Кассандра.
- Рад приветствовать вас и вашу сестру в своем доме, - смог все же выдавить из себя подобающее приветствие Альфред Эйвери.

Отредактировано Cassandra Vablatsky (2017-07-19 23:13:03)

+2

6

Эйвери явно не был настроен разговаривать о своей семье, несмотря на то, что повод для собрания касался дел его семейства совершенно прямо. Вечер обещал быть скучным и полным бесполезных разговоров. Скрасить его мог только чек на пару тысяч галлеонов, которые кто-нибудь из здешних лордов решил бы пожертвовать на дело революции.
Геллерт вспомнил сотню таких же вечеров. В Англии, в Германии, в Венгрии. Когда он сам был главным развлечением для публики. Чаще, конечно, Кассандра, но ему казалось, что она воспринимает это с полным безразличием и скорее считает всех собравшихся своими подопытными.
Какое счастье, что ему больше не нужно развлекать всех этих скучных людей. При желании он может послать их всех к чёрту и просидеть весь вечер в библиотеке хозяина дома. Они проглотят это и будут осторожно подкрадываться к двери в библиотеку и скрестись туда, не смея потревожить спокойствие гостя. Он может продолжать играть приятного посетителя - важного гостя на этом вечере. Персону, которая одним своим присутствием придаёт мероприятию значимости.
Не успел Гриндевальд выкурить и половину сигареты, как к ним подошла девушка, представившаяся Аурелией Бёрк. Она начала беседу с лордом Эйвери так запросто, что Геллерт усмехнулся. Невероятно странные манеры для здешней аристократии. Верно девочка долго прожила где-то, где совсем не ценят титулы и не слишком заморочены строгим этикетом. Не в Америке ли?
"...Очень рекомендую обратить внимание на юную фройляйн. Представляешь, за пару  лет с ней под одной крышей ее сестра дойдет до того, что публично и открыто будет требовать от местного Министерства разрешить травлю магглов", - формулировки Кассандры как всегда были изящны и так же туманно-витиеваты.
Про нелюбовь к магглам со стороны Араминты Геллерт уже был осведомлён, в противном случае молодая особа из среды британской аристократии не заинтересовалась бы им самим и его идеями, но при чём тут её молодая сестра? Мужчина кинул едва заметный удивлённый взгляд на Ваблатски. Ждать от неё ответов и пояснений было бы бесполезно.
Внимание Гриндевальда как прожектор обратилось к "молодой леди".
- Добрый вечер, мисс Бёрк. Геллерт Гриндевальд, - Геллерт коротко поклонился, едва-едва качнувшись к леди. - Рад знакомству. - Он протянул руку и не дожидаясь приглашения подхватил пальчики девушки, затем только обозначил галантный поцелуй, не касаясь губами её руки, лишь обдав горячим дыханием. - С вашей сестрой мы уже знакомы, а вас я не видел раньше на подобных... вечерах. Вы учились или работали где-то за границей?

+3

7

Лорд Эйвери, похоже, от такого напора утратил дар речи. Вспомнить, что перед ним за барышня, оказалось для него непосильной задачей. Джейн даже стало его немножечко жалко. До нее все еще не дошло, отчего он так сильно переживает. Если ей взаправду придется смотреть, как над бедным младенцем совершают какое-то непотребство (с этих волшебников станется!), то Минти потом не жить.
– Добрый вечер, мисс Бэрк, –  наверное, решив спасти неловкую ситуацию, сказала леди Ваблатски и пожала ей руку в знак приветствия. – Кстати, Геллерт, очень рекомендую обратить внимание на юную фройляйн. Представляешь, за пару лет с ней под одной крышей ее сестра дойдет до того, что публично и открыто будет требовать от местного Министерства разрешить травлю магглов.
Лорд Эйвери, прежде безмятежно следя за беседой, наконец-то неожиданно ожил:
– Рад приветствовать вас и вашу сестру в своем доме.
Учтиво кивнув тому, Джейн переключилась обратно на куда более интересных персон.
Она, конечно, ни на миг не поверила тому, что сказала леди Ваблатски. Среди магглов нынче было весьма популярно увлечение оккультизмом, и всяких гадалок там развелось с пятачок на пучок. Она сама порой развлекалась так на всяких девичьих междусобойчиках. На самом деле нужно просто хорошо разбираться в людях. Достаточно проницательный человек влегкую считает все, что ему нужно, с того, кто перед ним стоит и скажет тому то, что он сам хочет слышать. Правда, Минти перед леди Ваблатски тут не стояло, так что не исключено, что она это просто выдумала, чтобы нагнать на присутствующих нужное настроение. Нет, Джейн не думала ни в коем случае, что эта дама – шарлатанка, но, ну черт побери! Как можно знать наперед то, что еще не случилось? Джейн сказала себе, что ни за что не поверит в настоящие прорицания, пока сама не станет свидетелем хотя бы одному сбывшемуся прямо на ее глазах.
– Приятно познакомиться, госпожа Ваблатски, – пробормотала Джейн.
После замечания своей спутницы мистер Гриндевальд, разумеется, сразу повернулся к Джейн и поприветствовал ее, формально-вежливо поцеловав руку:
– Добрый вечер, мисс Бёрк. Геллерт Гриндевальд, рад знакомству. С вашей сестрой мы уже знакомы, а вас я не видел раньше на подобных... вечерах. Вы учились или работали где-то за границей?
Ну вот, здравствуйте, приехали.
Еле выдержав положенное время, Джейн выдернула свою руку, с трудом сдерживая наплывающую на лицо гримасу. Терпеть она не могла такой этикет, который позволял, чтоб тебя трогали посторонние люди. Леди Ваблатски своим рукопожатием уже успела исчерпать за этот вечер весь имеющийся лимит. К тому же от этого господина ужасно несло табаком, и в Джейн тут же проснулась страсть от всей души затянуться.
Хотя сам этот мистер Гриндевальд чисто внешне со стороны производил вполне благоприятное впечатление, его закономерный вопрос разумеется, ей тоже совсем не понравился. Джейн мысленно обругала себя за недальновидность – вот зачем она сюда к ним приперлась? Решила, что это будет ужасно интересно. Теперь расхлебывай свой интерес. Ее богатое воображение тут же подбросило красочную картину, на которой Геллерт Гриндевальд, распознав в ней магглу, тут же объявляет ритуальное жертвоприношение и показательно расчленяет ее на том самом столе в главном зале. Разумеется, Джейн тогда не пришло в голову, зачем вообще волшебнику расчленять кого-то, если он может сказать попросту Круцаитус, но она до сих пор еще не могла избавиться от привычки “по-маггловски” смотреть на многие вещи.
Не придумав ничего лучше, чем сказать правду, Джейн несколько с вызовом ответила:
– Эээ, nein, – иностранцы же любят, когда с ними болтают на их родном языке? Поэтому она перешла на немецкий: – Вы меня, конечно, не можете помнить, потому что я здесь совсем недавно. Раньше я жила среди магглов. Я сквиб, – пояснила Джейн, нервно закусив губу. Прежде, чем сказать вот это самое, она ощущала себя очень даже уверенно, но теперь вся уверенность из нее сдулась, словно из лопнувшего воздушного шарика. – Кстати, а не поделитесь сигареткой, пожалуйста? – тут же брякнула она невзначай.

Отредактировано Jane Norton (2017-09-08 21:09:26)

+2

8

Геллерт заметил как при приближении девушки дрогнули губы у лорда Эйвери. Это брезгливое выражение на лицах здешней аристократии он видел всякий раз, когда довому эльфу случалось пройти слишком близко или начинался разговор о магглах или случалось ещё что-то, вызывающее презрение у представителей Высшего Света британского магического сообщества. На этот раз впрочем выражение тут же исчезло с лица Альфарада, сменившись вежливой даже приветливой улыбкой. Но и та быстро погасла.
- Прошу нас простить, - после обмена любезностями произнёс Эйвери. - Но нам нужно подняться наверх к ребёнку. Ритуал начнётся совсем скоро, и мне бы хотелось, чтобы госпожа Ваблатски посмотрела на ребёнка и увиделась с моей супругой.
Мужчина отвесил короткий поклон, больше похожий на кивок - и удалился. Кассандра вышла из гостиной следом за ним.
Геллерт готов был поклясться, что поспешно удалился Эйвери отчасти и потому, что ему не слишком хотелось развлекать беседой гостью из числа почти магглов. Гриндевальд терпеливо подставил портсигар под пальцы мисс Бёрк, дожидаясь, пока она выберет себе сигарету. А когда выбрала - без предупреждения сотворил заклинание, заставив кончик сигареты начать тлеть.
Сквиб, жившая в мире маглов, в доме Эйвери, под фамилией Бёрк. Что же такого особенного в этой девушке?
- Так значит, жили в мире маглов? Вы, наверное, очень много знаете о них?

+2

9

Лорд Эйвери тем временем, видать, очнувшись, извинился и нашел благовидный предлог исчезнуть, забрав с собой Кассандру Ваблатски. Не исключено, что исчезнуть он решил не в последнюю очередь из-за Джейн – она успела заметить уже столь знакомое едва уловимое пренебрежение, которое так и рвалось из-за благодушной маски, которую все здесь носили в угоду этикету. Ну и ладно, пусть себе катится. Вот только жаль, что госпожа Ваблатски ушла вместе с ним – послушать ее было бы наверняка ужасно любопытно. Но раз она нужна ребенку, то что поделать – вечно этим мелким негодникам достается все самое лучшее.
Что до Гриндевальда, то тот, если и подумал себе что-то плохое, то не высказал ровным счетом ни капли презрения, ни даже удивления. Видимо, либо он уж слишком здорово умел держать лицо, либо ему было совершенно все равно. Он даже не попенял ей за некоторую дерзость и спокойно поделился с ней сигаретой. Когда Джейн вытащила сигарету из его портсигара, то та сразу же вспыхнула, и Джейн чуть было не вздрогнула от неожиданности. В ином случае она бы непременно выругалась, но перед таким гостем следовало все же хоть немного вести себя подобающе. Поэтому она поблагодарила его и невозмутимо затянулась. Господи, какое же счастье!
Когда Джейн поняла, что никто, похоже, не собирается здесь приносить ее в жертву, и табак, достигнув мозга, привел ее в благодушное состояние, она совершенно расслабилась.
– Так значит, жили в мире маглов? Вы, наверное, очень много знаете о них? – спросил ее Гриндевальд.
Как же, должно быть, ему было здесь скучно, если его интересуют магглы. Чего в них интересного может быть? Или так, из вежливости спрашивает, чтобы светскую беседу поддержать? С другой стороны, некоторых волшебников забавляли попавшие им в руки маггловские примочки. Так или иначе, нужно было как-то развлечь его, но чем именно, она понятия не имела.
– Это верно. Да не много, а все – я же, считайте, почти всю жизнь там у них прожила, – подтвердила Джейн, отвернувшись и выпустив клуб дыма изо рта, чтобы он не прилетел тому прямо в лицо. Тогда уж точно без скандала тут не обойдется, и если ее не пришьют здесь, то сестрица закопает ее уже дома собственноручно. – А что вы, собственно, узнать-то хотите? – уточнила она.

+2

10

Когда невозмутимо затянувшись и выпустив дым, девушка так же невозмутимо и по-простому спросила "А что вы, собственно, узнать-то хотите?" - Геллерт чуть не рассмеялся.
Ей-богу, простота - хуже воровства. Не зря не обладающих волшебными генами в Англии зовут "простецами". Вот она разница между обычным человеком и волшебником из аристократической среды. На месте мисс Бёрк её сестра сделала бы пару кокетливых кругов, сплетая из речи несколько сложных мыслей, которые бы в свою очередь не выражали ничего существенного. А вопрос был бы задан не в лоб, а более изящно.
- Вы сменили мир магглов на мир волшебников, где же вам больше нравится, мисс Бёрк? Какой из этих двух миров кажется вам более приятным для жизни?
Геллерт Гриндевальд, спокойно беседующий с представительницей мира магглов - забавная, должно быть, картина. Кассандра после такого зрелища сможет сколь угодно долго оттачивать своё мастерство острого слова на нём.
Удивительная всё же ситуация, что девушка-маггл стала членом семьи Бёрк. Кажется, там сложная история, связанная с родовым наследством. Чего не сделаешь ради денег, многие волшебники готовы не только целоваться в дёсны с гоблинами, но и с магглами. Впрочем, Геллерт как раз из того числа, которые считают, что для достижения цели все средства хороши.
Если девчонка будет ему нужна, он не побрезгует ни танцевать с ней, ни целовать её. На его счастье она довольно миловидна. Разве только сестрица Араминта научит её манерам получше.

+2

11

Не исключено, что Джейн лишь почудилось, но, похоже, ее вопрос Гриндевальда чем-то весьма позабавил, хотя вроде бы ничего такого она не сказала.
– Вы сменили мир магглов на мир волшебников, где же вам больше нравится, мисс Бёрк? Какой из этих двух миров кажется вам более приятным для жизни? – спросил тот в ответ.
Джейн в задумчивости помяла сигарету в уже изрядно желтеющих пальцах:
– О, ну это как посмотреть… И здесь, и там по-своему замечательно, но если быть откровенной, то я себя порой ощущаю повсюду не к месту, – о том, как же замечательно трясти кошелем, до отказа набитым золотом, Джейн тактично не упомянула. – Я имею в виду, что я словно застряла где-то посередине – не маггл и не волшебник, а не пойми что, – она невесело усмехнулась и вновь затянулась, чтоб помочь себе продолжить дальше нужную мысль. – Тут есть, конечно, свои преимущества – можно посмотреть на все, что творится, со стороны и сравнить то и это… Что я могу сказать точно – вы и они существуют по разным понятиям, и мир познают иными путями и на разных скоростях. Если бы столкнулись маггл и волшебник из одного народа и говорили на одном языке, им все равно понадобилась бы куча времени, чтобы понять друг друга как следует. Доводилось мне читать мемуары одной дамы, которая вышла замуж за маггла и потом сбежала обратно – весьма интересные вещи там она пишет, но то взгляд с этой стороны, а чтобы было наоборот – маггл написал о волшебниках – такого мне пока что не попадалось. Поэтому я сейчас все время то в библиотеке, то в магазине торчу. Давно не помню, чтоб целыми днями не поднимала носа от книги, – она снова фыркнула и спохватилась, заметив, что слишком много треплется все о себе да о себе, а это было не очень-то здорово. Будь перед ней не почетный гость, а обычный визитер, имевший смелость задать ей подобный вопрос, Джейн точно не отцепилась бы от него до конца вечера. Никто о таком ее прежде не спрашивал. Даже сестра и слышать ничего не хотела про магглов и делала вид, будто Джейн провалилась в пять лет в какой-то сон и вот только недавно снова проснулась и воплотилась на прежнем месте как ни в чем ни бывало. Почему-то волшебники в таких делах оказывались весьма щепетильны и часто опасались даже произносить слово “сквиб” вслух, словно это какое ругательство. Для некоторых, впрочем, видать, так оно и было на самом деле.
– Во всяком случае, возвращаться обратно я точно пока не намерена. Наверное, я ошибаюсь, но пока что мне кажется, что здесь у меня куда больше возможностей. Там я бы до конца дней осталась простой гувернанткой. А косые взгляды меня совсем не трогают… Извините, я порой забываюсь и меня несет так, что слушать становится невозможно. Вряд ли вам охота знать всю историю моей жизни, тем более что это совершенно неинтересно. Вы вроде про магглов сперва спрашивали – хотите, расскажу вам, что они без магии вытворять умеют – про электричество, например, или газовые атаки на фронте? Или про тамошних оккультистов? Что меня правда забавляет – так это то, что несмотря на Статут, огромная куча магглов все равно верит в магию и все такое подобное.

+2

12

А вот Ваблатски совсем не было приятно познакомиться с девочкой. Забавно было наблюдать интерес Гриндевальда к мисс Берк. Видимо, вечер и в самом деле был для него невыносим, раз уж он готов был развлекаться за чей угодно счет. Что ж, пусть разбираются сами. Пришло время вытаскивать паникующего Эйвери из череды неприятных ему приветствий, и позволить увести себя  наверх, к  его супруге и отпрыску.
И снова на правах хозяйки этого вечера Кассандра, безмятежно улыбаясь, дефилировала между приглашенными и не забывала кивать где и кому нужно. До тех пор, пока поддержка всех собравшихся необходима Геллерту, она будет им улыбаться. Одарит своей улыбкой каждого, внушит каждому убеждение в их личной неповторимости и  ценности для нее. Будет блистательно очаровывать и внушать симпатию, играть именно ту роль, что ей отведена. Ей это не трудно, маска угодливости приросла с детства, в ее манерах не сомневается никто.
Перед тем как войти в комнату, она остановилась:
- Своим малодушным страхом ты всех нас только позоришь. - Эйвери отпрянул от вдруг изменившегося тона их беседы. - Прежде чем собирать сегодня все общество, мы не раз все проверили и выяснили. Прекрати маячить и уймись. - и с деланным сочувствием добавила, - Ты жалок.
Не дожидаясь ответа от растерявшегося мага, Кассандра вошла в детскую спальню.
Все разговоры сразу стихли, взгляды всех, находившихся в комнате были обращены только на нее. Прошло немало лет, пока она начала воспринимать такое поведение спокойно, попросту не обращая внимания. Поначалу это, конечно, шокировало, раздражало и вызывало ярость. Но людскую природу не нужно скидывать со счетов - они инстинктивно умолкали перед сильнейшим, чувствуя, что понимание будущего делает ее неуязвимой.  Наверное, во всем мире есть только два человека, которые по-настоящему осознают, насколько это мнение ошибочно в отношении нее. И как же замечательно, что оба дорожат ею. 
Кассандра подошла к колыбели и тихо бросила женщине, которой в последний момент все же пришлось уступить ей  место:
- Миссис Эйвери, вас все уже заждались.
Та лишь склонила голову, видимо, устав сражаться с сомневающимся мужем и давлением, которое сейчас испытывала вся их семья. Право слово, вот уж насмешка судьбы , вернее чокнутого предка.
В колыбели лежало обыкновенное человеческое существо, мужского пола. Правда одето оно было в крохотное мягенькое кружавчатое платьице и такой же чепчик с рюшами. Поэтому верить в то, что это мальчик , приходилось на слово. Примерно лет до трех. Только потом существ начинают учить гендеру уже и платьем, так, оно наденет сорочку и брючки на подтяжках и будет нелепо строить из себя мальчика взрослее, чем он есть.
Ваблатски протянула руку и ухватила крохотную пятку. Малыш не испугался холодного прикосновения, однако замер, будто вместе с Кассандрой отслеживая полыхнувшие образы. Она повела головой, словно освобождаясь от навязчивых видений и пытаясь рассмотреть нужное. Да, жизнь этого человечка будет такой же интересной, как, например, и его сына. И снова череп со змеей, прорицательница видит такое не впервые. Все же со временем  придется обсудить это с Геллертом.
Пятка выскользнула из пальцев и Кассандра объявила:
- Пора.
Публика , разочарованная отсутствием подробностей увиденного , гулко засуетилась. Ваблатски вышла из комнаты, не оборачиваясь, уверенная, что все остальные выйдут следом. Приглашающим жестом она подвела миссис Эйвери с ребенком на руках к лестнице второго этажа  и огласила собравшимся внизу:
- Леди  и джентльмены, представляю вам Эйвери-младшего!
И под общее приветствие вся процессия двинулась вниз.
Ваблатски вернулась к оставленной ею ранее парочке. Похоже они не скучали.

+2


Вы здесь » Fantastic Beasts: Sturm und Drang » Настоящее » Ужин отдай врагу